Экономика России продолжает стагнировать: промышленное производство по основным группам товаров падает три года, а точки роста в текущем кризисе найти сложно. Об этом на конференции «Российские регионы в фокусе перемен» в Екатеринбурге рассказала профессор МГУ, директор программы «Региональная политика» Института экономики роста им. Столыпина Наталья Зубаревич. ЕАН приводит главное из ее выступления.
Промышленность на дне, но не везде
Динамика промышленности за три года выглядит пессимистично, отметила Зубаревич. Металлургия, по ее оценке, скорее, уже достигла дна. Лесопереработка находится там уже пару лет, а химия и стройматериалы продолжат падать. При этом сильнее всего проседают гражданские отрасли: оборонно-промышленный комплекс больше не компенсирует их спад, как раньше, сказала эксперт.
Товары конечного потребления остаются в стагнации: динамика производства еды — на нулевом уровне, за исключением растительного масла, говорит Зубаревич. Автопром немного вырос после падения. Отдельно эксперт отметила, что производство холодильников в стране перестало сокращаться.
В экономике Свердловской области эксперт обратила внимание не столько на динамику традиционной для региона промышленности, сколько на строительный сектор. Продолжающийся ввод жилья Зубаревич удивил: при падении ввода по стране на 14% регион показал рост на 15%.
«Кто у вас такой отчаянный, кто прет вверх, для меня осталось загадкой. Это настолько против экономики решение, что я его не понимаю», — спросила Зубаревич.
Розничная торговля растет везде по сравнению с прошлым годом, однако этот рост, по ее мнению, будет затухать: за первое полугодие реальные доходы населения выросли лишь на 1%, а зарплаты замедляются. На Урале — самая медленная динамика заработных плат в 2026 году. Возможные причины, по ее оценке, — перевод части гражданских структур на неполную занятость и исчерпание возможностей бизнеса удерживать рост оплаты труда.
Отвечая на вопрос представителей строительной отрасли, когда ждать оживления рынка, Зубаревич провела аналогию с предыдущими кризисами. В отличие от эпизодов 2008-го и 2020 года, рынок жилья в текущем спаде не упал, но и драйверов роста, по ее оценке, не видно.
«При всем моем пессимизме я полагаю, что кризис, в который мы входим, будет ближе к 2015 — 2018 годам, когда рынок четыре года пытался отжиматься. Драйверов роста я не вижу, кроме одного — когда все закончится», — подытожила она.
В обрабатывающей промышленности она отметила «реиндустриализацию Москвы»: рост в столице объясняется тем, что там зарегистрированы штаб-квартиры всех госкорпораций, — это статистический факт, а не реальный процесс. Челябинская область, привыкшая к росту на оборонном заказе, третий год подряд теряет из-за спада в черной металлургии. «Сказать, что одни регионы идут вниз, а другие стоят на дне, нельзя: ситуация мобильная, у кого было получше, стало похуже», — констатировала Зубаревич.
Регионы: дно добычи еще не нащупано
Региональная статистика показывает большой разброс. Юг России просел из-за проблем с пищевым сырьем и сбытом. Лучше всего чувствуют себя промышленные регионы: Курганская область и Удмуртия показывают неплохую динамику, сказала эксперт.
«По добыче дно пока нащупывается. И это очень хорошо видно по региональной статистике. Да, отыгрывается Ямало-Ненецкий автономный округ, но я буду смотреть по 2027 году, как эти регионы адаптируются. Например, упорно ползет вниз год за годом Ханты-Мансийский автономный округ — главнейший регион добычи», — сказала Наталья Зубаревич.
При этом, как отметила профессор, многолетний бюджетный импульс почти не смягчил территориальное неравенство: у «богатых» — Ямала, ХМАО и Москвы — отрыв немного сократился из-за ослабления темпов роста зарплат, у беднейших регионов изменений почти нет, констатировала она.
Каждый пятый рубль инвестиций «приписан» Москве, поскольку инвестиции учитываются по юридическому адресу предприятия, напомнила она. При этом Москва остается реальным концентратором инвестиций. В Ханты-Мансийском и Ямало-Ненецком автономных округах капитальные вложения сокращаются, а это прямой сигнал о будущем снижении объемов добычи, предупредила Зубаревич. Доля Урала в инвестициях сжимается прежде всего за счет автономных округов.
В 2026 году картину сглаживает лишь восстановление пострадавших от наводнений территорий.
«Весь Урал в минусах. Столица нашей родины — Москва: там инвестиции почти не упали», — заметила экономист.
Ищут ли другие регионы точки роста — вопрос открытый, добавила Наталья Зубаревич. По ее словам, рост наблюдается только там, где реализуются крупные федеральные или бизнес-проекты, например строительство моста в Саратовской области.
Сергей Беляев, Юлия Литвиненко
«Экономика будет в стагнации весь 2026 год»: интервью с регионоведом Натальей Зубаревич 9 сентября в 09:22
