«Ярмо забот мы с наших дряхлых плеч хотим переложить на молодые», — он выходил на сцену в повседневной черной одежде, снимал ее, оставаясь в бежевом, и буквально сходил с ума, превращаясь в топающего ногами кривляку. Задумывал он это или нет, мы уже не узнаем, но его король Лир становился не владыкой, а отображением своего народа. Его Лир, по сути, превращался в толпу вокруг него: в жителей Екатеринбурга, села Логиново, всей Свердловской области, России. И всем понятная и известная проблема короля и его наследников становилась историей каждого зрителя. 2 марта короля Лира — Николая Коляды — не стало.
Уход великого режиссера и драматурга стал реальной трагедией для значительной доли уральской интеллигенции. Федеральные чиновники и театральные звезды прислали телеграммы с соболезнованиями, но сами на прощание и похороны не приехали. Уральские чиновники в холодный день 6 марта тоже сослались на занятость. Отдуваться за всех — и чиновников и звезд — пришлось двум свердловским министрам культуры: бывшему - Светлане Учайкиной (она на прощании представляла региональное отделение Союза театральных деятелей) и нынешнему - Илье Маркову (он принес подсолнухи в память о солнце русской драматургии).
Однако отсутствие на прощании «сильных мира сего» было скомпенсировано числом простых людей, которым хотелось проводить в последний путь ушедшего мастера. Жителей Екатеринбурга, села Логиново, всей Свердловской области и России пришло столько, что время окончания панихиды откладывали дважды. Вереница тех, кто хотел проститься с Колядой, растянулась на три квартала — почти до главного корпуса УрФУ.
Отправной точкой сюжета шекспировского «Короля Лира» является наследство монарха. Не стану пересказывать сюжет легендарной трагедии, тем более что происходящее сейчас с наследием Николая Коляды никак не напоминает рассказанные Шекспиром события Британии Х века до нашей эры, никто не делит имущество драматурга. Дело в другом: под вопросом судьба главного детища Коляды — его театра. И задумывал ли это уральский Лир или нет, проблема становится по-настоящему политической. Фактически мы становимся зрителями и участниками новой пьесы великого драматурга — «После Лира».
На этой неделе стало известно, что заместитель Коляды Эка Вашакидзе подала иск в суд, чтобы получить статус учредителя АНО «Коляда-театр». Дело в том, что уральский Лир был единственным учредителем данной автономной некоммерческой организации. И «ловушка единственного учредителя» в ближайшее время может стать причиной гибели «Корделии», любимого детища Коляды — его театра. Сейчас ситуация — это классический юридический тупик.
Согласно Гражданскому кодексу РФ и закону «О некоммерческих организациях», АНО – это организация, не имеющая членства. Это значит, что права учредителя не наследуются, поскольку они неразрывно связаны с личностью создателя. После смерти Коляды в организации исчез высший орган управления. Сейчас некому назначить нового директора, утвердить отчетность или принять решение о реорганизации.
Не вдавался в тонкости организации процесса при жизни Николая Владимировича, потому мне неизвестно, был ли им определен так называемый исполнительный орган АНО «Коляда-театра», однако, судя по данным из открытых источников, юридически уральский Лир замыкал все на себя. Оттого, вероятно, уже сейчас у предприятия есть проблемы с хозяйственной деятельностью.
Ответчиками по иску Эки Вашакидзе выступают Минюст и ФНС. В данном случае они не Гонерилья и Регана (антагонистки шекспировской трагедии), они — обязанные исполнять регламенты и волю действующего законодательства. Ни Минюст, ни ФНС не могут назначить нового учредителя. И, поскольку в настоящий момент в ЕГРЮЛ учредителем значится один человек — Николай Владимирович Коляда — и 2 марта его не стало, АНО становится объектом принудительной ликвидации.
По оценкам екатеринбургских юристов, согласно данным из открытых источников, пока нет явных юридических оснований для признания за Экой Вашакидзе статуса учредителя АНО «Коляда-театр». Если не появится официального подтверждения, что уральский Лир действительно запустил процесс включения своей главной помощницы в число учредителей АНО, суд будет вынужден отказать Эке. После этого Минюст запустит и завершит процедуру ликвидации АНО «Коляда-театр». ЕАН на этой неделе писал о мнениях юристов о том, как быть коллективу после этого.
Важно другое. Если вполне реалистичный сценарий пьесы «После Лира», в котором главное детище Коляды ликвидируют, будет сыгран, вскроется и тот самый политический аспект. Отвергнутое топ-чиновниками прощание с уральским Лиром показало, что его творчество, его пьесы, его театр и сам Коляда дороги народу. Тысячи пришедших проводить мастера в морозную пятницу, 6 марта, — тому яркая иллюстрация.
Апогей постановки «После Лира» — ликвидация «Коляда-театра» — придется на середину лета. Одновременно будет идти активная фаза главного российского политического события 2026 года. В середине лета политические партии начнут активно работать со своим электоратом. Несмотря на то, что, как уже отмечено, вопрос ликвидации АНО — чисто юридический, для тысяч человек «гибель Корделии» станет личной трагедией. И виновником того, что «Коляда-театр» не спасли, будет публичная власть. Именно ею созданы нормы, по которым уход мастера становится причиной смерти его главного детища. Полагаю, администраторы грядущей выборной кампании, увидев количество пришедших на прощание, осознали эти риски.
В эти же дни — в середине лета — в Екатеринбурге должен будет пройти XIX Фестиваль «Коляда-Plays». Предварительно он запланирован на 20-30 июня, и сведений об его отмене нет. Более того, уральские чиновники пока относительно уверенно говорят о том, что фестиваль состоится. Минкультуры в лице приходившего проститься с уральским Лиром министра Ильи Маркова сообщает, что готово помочь с площадками и организацией. Более того, проведение фестиваля в год ухода мастера — необходимость. В противном случае все слова, сказанные публичными политиками и театральными звездами, в память о Николае Владимировиче останутся только словами. «Из ничего не выйдет ничего», — как говорил Лир.
Фактически, если XIX Фестиваль «Коляда-Plays» придется отменить, многие смогут провести неприятные публичной власти аналогии. Для Международного фестиваля молодежи, смысл проведения которого в Свердловской области пока мало кому понятен, находятся бюджеты, меняется режим обучения в УрФУ, проводятся совещания на федеральном уровне.
А на региональный, национальный и даже международный бренд «Коляда» почему-то закрывают глаза.
Сам уральский Лир в таком случае устраивал медиадемарши, громко и требовательно ругался, давал чиновникам обидные прозвища-определения, но добивался внимания и решения больных вопросов. К слову, эти его упрощения и делали Коляду близким и родным. Сумасшедший кривляка, каким представал Николай Владимирович в роли короля Лира и во время борьбы за интересы своего театра, своей труппы и своего творчества, всегда был востребованным и понятным образом, за который его по-настоящему любили.
Коляда для огромного числа людей был своим. Оттого участие публичной власти в спасении его главных детищ станет для очень значительного сегмента электората реальной демонстрацией расхожего лозунга «Своих не бросаем».
К слову, о «своих»: сразу после ухода Коляды фронтмен его театра Олег Ягодин призвал не переживать за труппу. «Мы в порядке, держимся. Мы не отменяем спектакли... Мы очень сильная труппа. Мы хорошо благодаря Николаю Владимировичу организованы», — рассказал Ягодин. Сутками позже близкий к властям telegram-канал намекнул, что судьба «Корделии» решится, когда у театра появится новый директор. Не могу исключать вероятности, что на этот пост «сильные мира сего» попытаются внедрить «своего» человека. Причем, помимо бизнесовой истории — предприятие должно быть рентабельным, возникнет и «идеологическая». Внедренный директор станет демонстрировать лояльность, а отсюда — вероятная цензура отдельных образов. Кто-то, возможно, припомнит неосторожное высказывание Олега Ягодина летом 2022 года, и новый директор пожелает «поправить» количество спектаклей с его участием. Устоит ли коллективный худрук «Коляда-театра» — большой вопрос…
В заключение представьте меня Эдгаром из «Короля Лира» (не соперничаю с Антоном Макушиным из спектакля Коляды): «Какой тоской душа ни сражена, быть стойким заставляют времена». Держитесь, ребята, вы нужны нам! Только не вводите пока другого актера на роль Лира. Это роль только Коляды.
