Свердловская и Челябинская области вошли в топ-5 регионов страны по числу работников, переведенных в сентябре на неполную занятость. Об этом говорится в докладе Банка России «Региональная экономика».
«Наибольшая численность работников, занятых на неполный рабочий день, в сентябре была зафиксирована в Московской, Свердловской, Челябинской, Орловской областях и в Республике Крым. Чаще всего практика неполной занятости применяется на промышленных предприятиях, но отдельные случаи отмечаются в строительстве, сельском хозяйстве, логистике. Кроме того, на некоторых предприятиях неполная занятость была вызвана остановкой производственных мощностей на период ремонтов, в том числе вынужденных», — говорится в сообщении.
В качестве примера причин упоминается, что одно из предприятий Свердловской области по лесозаготовке более чем в два раза сократило выпуск продукции из-за роста издержек на приобретение запчастей для оборудования европейского производства, аналогов которому пока нет в России. Примечательно, что Свердловская область оказалась еще и единственным регионом УрФО, который вошел в лидеры в стране по росту безработицы в сентябре.
Банк России отмечает, что вывод рабочих в режим неполной занятости стал практиковаться во многих регионах в связи с падением спроса на продукцию предприятий. Количество работников, находящихся в простое за девять месяцев 2026 года, по оперативным данным, выросло на 7%, однако в общей численности занятых их доля осталась незначительной (менее 1%). Нехватка кадров по стране в целом несколько уменьшилась, несмотря даже на ужесточение условий привлечения трудовых мигрантов в регионах. Если в начале 2026 года в ходе опросов Банка России о дефиците персонала сообщало более половины респондентов (52%), то в сентябре 2026 г. их доля снизилась до минимальных значений с декабря 2022 года (44%), когда этот вопрос задавался впервые.
«Сокращения численности работающих имели место, но носили локальный характер и приводили в основном к перераспределению трудовых ресурсов между отраслями, поскольку спрос на рабочую силу во многих секторах оставался по-прежнему высоким. Работодатели чаще предпочитали не увольнять, а переводить сотрудников в режим неполной занятости, стараясь сохранить штат специалистов с наиболее востребованными специальностями», — поясняется в докладе.
Неполная занятость — это отношение численности людей, которые работают меньше установленной продолжительности рабочего времени, и безработных к общей численности рабочей силы, выраженное в процентах. Доктор географических наук, профессор МГУ Наталья Зубаревич еще в сентябре отмечала в интервью ЕАН, что тенденция к росту безработицы и переводу сотрудников в режим неполной занятости наблюдалась в стране еще с весны 2026 года на фоне стагнации экономики. Это происходило на фоне падения индекса промпроизводства. Явно это ощущалось в промышленных регионах — Свердловской и Челябинской областях, говорила эксперт.
«При этом здесь особенно важно, что все эти области — промышленные регионы, и металлургия имеет огромный вес в их экономике. Спад показателей там, в первую очередь в черной металлургии, ухудшает всю картину области в целом. Поэтому я бы сказала так: 2026 год действительно оказался для промышленности плохим, спад, как мы ожидали, был, и уже довольно серьезный», — поясняла Наталья Зубаревич.
По ее словам, еще с весны в Свердловской области стал заканчиваться период стремительного роста зарплат. Рынок труда вновь становится «рынком работодателя», отмечала она.
«Экономика будет в стагнации весь 2026 год»: интервью с регионоведом Натальей Зубаревич 9 сентября в 09:22
